В оппозиции
21 марта 2019 г.
Письмо к лидерам демократического процесса
20 НОЯБРЯ 2017, СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ

ТАСС

«Уважаемые лидеры демократического процесса…»

Впрочем, кого я имею в виду? Конечно, не думские партии. Ни сурковых-володиных. Ни весь этот галдящий дурдом на ТВ. Ни карманную якобы оппозицию из справедливороссов во главе с тюкнутым пыльным мешком Мироновым. («Ой, вспомнилось, она еще существует?») Отчасти, может быть, это все-таки обращение к Зюганову и Ко, поскольку они прямо пишут, что не прочь изменить общественный строй. Однако если и удивляющему в последнее время, то только тем, как он, коммунист, совмещает царя, Ленина, социализм, капитализм, Бога и Путина, на десерт при этом обещая своим сторонникам ГУЛАГ, Сталина и очередную полную национализацию. Получите и радуйтесь! Я бы о нем не упоминал, если бы он тоже не собирался выдвигаться и не жило в части нашего народа бредовое собесовское представление о том, что «Россия – левая страна» и на какой-то период возможен тактический союз с коммунистами, хотя бы в области самоуправление и трудового права.

Но в целом это обращение, конечно, не к ним, а к другим.

К умным и либеральным. К Навальному, Явлинскому, Ходорковскому, Гозману, Кудрину, Гудковым (обоим), Яшину, Ройзману (наверноt), Шлосбергу (наверноt), Быкову, Собчак… Кто еще? Тут, конечно, еще и проблема всех перечислить, кто будет важен в момент гипотетической политической трансформации. Или же кто встанет столбом перед… (антоним «трансформации», видимо, некая заколдованность), у ледяной стены заколдованности.

Причем, я не претендую на точное знание лиц и реалий. Один из верных способов войти в эту тему – обратиться к тоталитарным интернет-группам поддержки стабильности и порядка. Они специализируются на публикации списков, кого они призывают повесить, расстрелять, выслать из страны — обычно это наши сторонники. Хотя, с другой стороны, и этот их список не может быть точным, поскольку многие из него уже перестали функционировать по возрасту, как, например, Солженицын, Ельцин и Сахаров. Просто уже и умерли давно, а в списках остались. Иных же убили. И они тоже остались в списках, продолжая подвергаться поношениям. Хотя рекрутировать на либеральную баррикаду мы их, к сожалению, уже не можем.

К либеральным политологам и публицистам… Павловскому, Бунину, Сатарову, Шевцовой, Шульман, Морозову, Мартынову, Рогову… Всех не назвал, простите.

То есть к тем, кто понимает, что рубеж марта 2018 года приближается с неумолимостью бронепоезда Троцкого из одноименного сериала, а к нему абсолютно никто не готов. Хотя, мы совершенно точно знаем, что в результате въедем в будущее, которое ничем не отличающеетя от прошлого. И будет это такой День сурка.

«Уважаемые лидеры демократического процесса, мы понимаем, вы это понимаете, но что вы предлагаете?»

Вообще, если мы считаем, что политика – это не только бизнес политиков или опыт выживания оппозиции в условиях закатанности в асфальт, а еще и наука, этика, и долг, то это могла бы быть такая коллективная анкета с прицелом теста на честность.

«Как вы считаете, кремлевская рать в обозримой перспективе допустит реальную конкуренцию на своих выборах? Если нет, то какова модель нашего поведения, кроме демонстрации готовности к сотрудничеству путем явки на избирательные участки?»

«Как вы считаете, теоретически возможно ли опрокидывающее голосование в России, после которого рычаги власти окажутся у прозападных либералов? (Понятно, что билет в будущее есть только у прозападных либералов, не у бредовых евразийцев же. Тем более не у еще более бредовых тех, кто «остров Россия и мы – сами с усами». Возможно, этот тезис кому-то покажется грубым и философски ненаполненным, но ничего другого разумного пока не предложено.) Если нет, и рычаги власти не окажутся у прозападных либералов, и нет никакого шанса, что окажутся, то в чем вообще заключается либеральная стратегия?»

«Как вы считаете, если 11 марта 2018 года не станет судьбоносным днем в истории России, то рационально ли нам выстраивать всю политическую жизнь конца 2017 и начала 2018 г. исключительно на встрече этого дня? Может, нужно уже выйти из этой парадигмы и встретить что-то другое?»

И наконец — самый главный вопрос.

«Вот начнется новый политический цикл. Его слоган: «Продолжаем сходить с ума». Какие у нас в нем могут обнаружиться политические надежды? Если честно, не будут ли они основаны исключительно на очередном болезненном падении экономики, после которого будут рекрутированы новые люди, или все-таки мы надеемся на неожиданном протрезвлении наших соотечественников? А случись падение, мы переживем? А «новые люди» – это не фашисты, случайно?»

Собственно, пока, насколько я вижу, существует только два варианта политического поведения.

Тупо участвовать в предложенной властью игре в выборы или тупо не участвовать в ней. При этом люди, избиратели, вроде бы не и хотят быть обведенными вокруг пальца, но все равно неминуемо втягиваются в воронку «предвыборной кампании». Иначе никак не объяснишь жаркую полемику вокруг Собчак, которая де превращает последнюю в буффонаду. Как будто без нее она не буффонада. Понятно, почему вы участвуете. Потому что многим из вас нужно остаться со своими брендами, получить доступ хоть к какому-то микрофону (в 7 утра на дебатах или в хамских телешоу вечером, что продлится дней десять), где вы скажете нечто, что позволит вас идентифицировать впоследствии как демократов и либералов. Несомненно, это важно.

Понятно, что есть не менее важная задача — сохранить структуры и функционирующих сторонников в тонусе. Не дать им разбежаться по кухням и заграницам (воображение подбрасывает образ: вампиры готовятся к спячке в гробах, пока не сядет Солнце). Да и важно продолжать делать маленькие гешефты на второстепенных выборах, поддерживая не совсем уж озверелых чиновников. Что в целом это никак и ничего не изменит.

Или второй вариант: резко свернуть в так называемый бойкот — в сторону, но примерно с тем же результатом. Поскольку у бойкота есть то ограничение, что власти его могут «не заметить», а бойкотистам, очевидно, не удастся консолидироваться и выиграть спор даже в группе потенциальных сторонников. Всегда может встать прекраснодушный болван и заявить, что действие по-любому лучше бездействия. Попробуй, возрази!

Поскольку вашего ответа на поставленные вопросы я, видимо, не дождусь, попробую дать свой.

Все равно честно в таких выборах — не участвовать. После 2018 года, очевидно, продолжатся упадок и безумие, к ним надо готовиться. Если объединяться, то не вокруг «кандидата», а вокруг «кандидатской платформы», которую уже с 2018 года надо начать императивно навязывать «российскому правлению» сразу же после его фальшивой пролонгации.

Путь навязывания — инициативное обессмысливание их охранительных установок, игнорирование запретов, недвусмысленный наказ прекратить «холодную войну» с Западом, широкая общественная полемика по поводу дальнейшей судьбы Крыма (уголовно запрещенная в России, но этот запрет так же должен быть проигнорирован, поскольку неконституционен). Если не удается опрокинуть катастрофическую власть, надо научиться ее не замечать, превращая эту отстраненность в новую политику. Иного вроде бы не дано.



Фото: Россия. Москва. 24 декабря 2011. Во время митинга оппозиции "За честные выборы" на проспекте Сахарова. Валерий Шарифулин/ТАСС













  • Алексей Макаркин:  Проблема таких протестов в том, что они скорее фиксируют наличие активного и молодого слоя людей, которые недовольны... Но возникает вопрос, а что дальше?

  • Lenta.ru: В акции за свободный интернет на проспекте Академика Сахарова в Москве приняли участие около 6,5 тысячи человек, сообщает пресс-служба столичного главка МВД.

  • Жуковский Владислав: Когда против антисоциальных реформ и репрессивных законов выйдут полмиллиона, ситуация изменится.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Уже нечего согласовывать и не с кем согласовывать
11 МАРТА 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В оппозиционной среде дискуссия о том, стоит ли испрашивать у властей разрешение на проведение массового протестного мероприятия, не утихает который год. Аргументы противников «прогулок в загоне» более чем убедительны. Оспорить тезис, что просить дозволения на то, на что имеешь право по Конституции и другим законам, унизительно, крайне трудно. Кроме того, сторонники несанкционированных акций утверждают, что подобного рода практика — походы в мэрию за заветной бумажкой — только снижает накал оппозиционной борьбы и, следовательно, играет на руку властям.
Прямая речь
11 МАРТА 2019
Алексей Макаркин:  Проблема таких протестов в том, что они скорее фиксируют наличие активного и молодого слоя людей, которые недовольны... Но возникает вопрос, а что дальше?
В СМИ
11 МАРТА 2019
Lenta.ru: В акции за свободный интернет на проспекте Академика Сахарова в Москве приняли участие около 6,5 тысячи человек, сообщает пресс-служба столичного главка МВД.
В блогах
11 МАРТА 2019
Жуковский Владислав: Когда против антисоциальных реформ и репрессивных законов выйдут полмиллиона, ситуация изменится.
Марш Немцова. Почему люди пришли. Почему не все
25 ФЕВРАЛЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Если рискнуть абстрагироваться от эмоциональной составляющей этих ужасных «немцовских дней», которые мы переживаем уже пятый год… (Хотя, впрочем, я вовсе не уверен в целесообразности и даже возможности такого психологического эксперимента…) Но если все же попробовать взглянуть на ситуацию, убрав за скобки ее трагический контекст, то картина вырисовывается следующая. «Марш Немцова» — последняя массовая акция оппозиции, которую власть согласовывает, фактически не корректируя заявку организаторов. Однозначного ответа на вопрос, почему это происходит, нет. Не исключаю, что четыре года назад от верховного правителя поступило твердое указание «не препятствовать им в день памяти Немцова»...
Прямая речь
25 ФЕВРАЛЯ 2019
Дмитрий Орешкин:  На марше было гораздо меньше демонстративных автозаков, вертолётов и прочего. И людей прошло побольше, чем 10 тысяч, но не в 5 раз, примерно — 15-20 тысяч.
В СМИ
25 ФЕВРАЛЯ 2019
Газета.RU: В центре столицы прошел согласованный марш памяти оппозиционного политика Бориса Немцова, который был убит четыре года назад на Большом Москворецком мосту. ...В акции приняли участие... 10,8 тыс. человек.
В блогах
25 ФЕВРАЛЯ 2019
vodolei 13: Ну, что сказать : народу было меньше, чем по сути нынешней ситуации должно бы быть, но больше, чем я ожидала.
Репрессии властей должны натыкаться на сопротивление граждан
11 ФЕВРАЛЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
По данным информационных агентств, в минувшее воскресенье Марш разгневанных матерей прошел более, чем в двух десятках российских городов. Наиболее массовые и заметные акции состоялись в Москве и Санкт-Петербурге, но люди стояли в пикетах и во Владимире, и в Орле, и в Ростове. В первой столице по бульварам от Новопушкинского сквера до Кропоткинской прошло около тысячи демонстрантов. Если в Москве полиция вела себя достаточно лояльно и спокойно (было задержано всего несколько человек, в основном, после провокаций прокремлевских активистов), то в Питере стражи порядка реагировали жестче. 
Прямая речь
11 ФЕВРАЛЯ 2019
Дмитрий Орешкин: Стоит ли гнобить дальше или не проявлять избыточного зверства? Чем раздрай в верхах кончится, непонятно, но он уже начинает ощущаться.