В оппозиции
30 апреля 2017 г.
Молчаливый гнев – это не смирение
29 ФЕВРАЛЯ 2016, ГЕОРГИЙ САТАРОВ

Мария Олендская

Три десятка тысяч людей, пришедших в субботу почтить память Бориса Немцова, не были склонны к громкому и дружному оппозиционному скандированию. Помнится, год назад тоже шли тихо. Дружное скандирование начиналось только при выходе на Васильевский спуск, а потом на мосту – тоже тишина. Скорбь не терпит крика. Но эта тишина – не признак смирения. Туда пришли люди, среди которых были многие, не относившие себя ранее к сторонникам политика Бориса Немцова. Но это были люди, которые могли разглядеть Немцова-человека, которые считают его убийство одним из самых гнусных преступлений власти. И они не ограничивают этим убийством список этих преступлений. Все они понимают, что власть может опьянеть от крови. И пока они, эти десятки тысяч, выходят на такое шествие, они хоть немного защищают потенциальные жертвы режима.

Надежда на это не лишена оснований. Вспомним, что в субботу в Москве было две демонстрации. Первая – наша. Вторая – демонстрация страха, которую провела власть, начав с запрета на прежний маршрут и заканчивая диким количеством техники и ОМОНа, забитого в улицы и переулки между нашим маршрутом и их Кремлем. Трудно представить себе более дикий контраст между скорбной, молчаливой, мирной демонстрацией и этой прорвой материализованного страха. Они боятся, и будут бояться, и Бориса, и нас, и нашей памяти о нем. Убитый ими Борис страшен для них не меньше, чем живой. И габариты второй демонстрации – явное тому свидетельство. Это будет так, пока мы помним, пока мы идем.

Мария Олендская

Фоторепортаж Марии Олендской / ЕЖ












  • Алексей Макаркин: Дело не в грядущих выборах... Проблема не в выборах, а в том, что происходит сейчас и что будет потом.

  • Росбалт: Пресс-секретарь основателя движения «Открытая Россия» Михаила Ходорковского Кюлле Писпанен сообщила... что у всех находящихся в офисе изъяли средства связи, возможности связаться с ними... нет.

  • Лев Рубинштейн: Для закрытой России открытая Россия, разумеется, нежелательна. Но для открытой России - в свою очередь - крайне нежелательна Россия закрытая. И эта коллизия совсем не новая.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Акция «Надоел»: работа над ошибками
30 АПРЕЛЯ 2017 // ОЛЕГ КОЗЛОВСКИЙ
В субботу прошла первая массовая акция движения «Открытая Россия». Ее участники планировали нести в представительства президента письма с призывом к Путину не баллотироваться на новый (уже четвертый или пятый, смотря как считать) срок. Акция была анонсирована 30 марта, вскоре после антикоррупционных протестов, организованных сторонниками Алексея Навального, поэтому сравнения напрашиваются. 26 марта на акцию вышли люди примерно в 70 городах, 29 апреля — в четырнадцати. Количество участников акции «Он вам не Димон» в крупных городах измерялось тысячами, в небольших — сотнями. На акции «Надоел» речь шла о десятках (кроме Москвы и Петербурга).
«Открытая Россия» и Навальный назначены главными врагами
28 АПРЕЛЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Вакансии главных внутренних врагов России в данный момент, видимо, заполнены. Ими назначены «Открытая Россия» Михаила Ходорковского и Алексей Навальный в личном качестве. В силу существенных отличий между двумя этими вражескими объектами в войне с ними используются разные средства. Генпрокуратура 26.04.2017 признала нежелательной деятельность на территории России организации «Открытая Россия», одноименного общественного сетевого движения и Института современной России. Генеральная прокуратура сообщает, что «деятельность этих организаций направлена на инспирирование протестных выступлений и дестабилизацию внутриполитической ситуации».
Прямая речь
28 АПРЕЛЯ 2017
Алексей Макаркин: Дело не в грядущих выборах... Проблема не в выборах, а в том, что происходит сейчас и что будет потом.
В СМИ
28 АПРЕЛЯ 2017
Росбалт: Пресс-секретарь основателя движения «Открытая Россия» Михаила Ходорковского Кюлле Писпанен сообщила... что у всех находящихся в офисе изъяли средства связи, возможности связаться с ними... нет.
В блогах
28 АПРЕЛЯ 2017
Лев Рубинштейн: Для закрытой России открытая Россия, разумеется, нежелательна. Но для открытой России - в свою очередь - крайне нежелательна Россия закрытая. И эта коллизия совсем не новая.
Для мэрии Москвы закон не писан! И Конституция
27 АПРЕЛЯ 2017 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
6 мая 2012 года полиция и спецслужбы самым жестоким образом разогнали мирную демонстрацию в Москве. А позже появилось полностью, от первой до последней строчки сфальсифицированное уголовное дело, и многие из тех, кто пять лет назад вышел на Болотную площадь реализовать свое безусловное право на мирный уличный протест — право, описанное в Конституции, — оказались приговорены к реальным срокам заключения. Пятеро из них до сих пор лишены свободы. И уже пять лет 6 мая в память о тех событиях оппозиция выводит людей на улицы Москвы… В этом году Комитет протестных действий собрал по-настоящему большой и представительный Оргкомитет предстоящей акции.
Прямая речь
27 АПРЕЛЯ 2017
Сергей Давидис: Нужно задействовать юридические инструменты в борьбе с незаконным, с точки зрения принципов права, предложением о переносе на окраину.
В СМИ
27 АПРЕЛЯ 2017
ИНТЕРФАКС: Столичный Департамент региональной безопасности предлагает оппозиции провести акцию 6 мая возле метро "Октябрьское поле" или в Люблино, но организаторы согласны только на центр Москвы...
В блогах
27 АПРЕЛЯ 2017
Elena Yakovleva: Скоро исполнится 5 лет шествия на Болотной. С этого дня Путин начал репрессии против оппозиции.
Итоги недели. Кремль будет давить уличный протест. И подавится
14 АПРЕЛЯ 2017 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
На уходящей неделе в России международные новости закономерно превалировали над теми, что приходили с родных просторов, но все же и местные, несомненно, заслуживают того, чтобы уделить им самое пристальное внимание. Главное, что случилось за прошедшие дни — отпали последние сомнения по поводу того, как родная власть собирается реагировать на поднимающуюся и только набирающую разгон волну массового уличного протеста. Никакой интриги тут больше нет: в ответ на выход людей на улицу Кремль ужесточает репрессии и сразу дает понять, что церемониться в этот раз не будет.