В оппозиции
17 июня 2019 г.
Свобода Александра Рыклина
16 ДЕКАБРЯ 2015, ГЕОРГИЙ САТАРОВ



Я хочу, прежде всего, чтобы вы поставили себя на Сашино место. Вот он привычно идет по тротуару, контролируя, чтобы не было никаких эксцессов при моей доставке в автозак. Он идет не раздетый догола, он не выкрикивает никаких непристойностей про Путина, на нем не висит очередной гнусный плакат с клеветой на родную власть. И в этот момент сзади его плотно берут под руки двое в бронежилетах и, ни слова не говоря, конвоируют до входа в авто. Саша недоуменно спрашивает: «А меня-то за что!?». Нет ответа. В отделении он прогнозирует, что ему пришьют 30 дней узилища. Так. Но через полчаса его не менее настойчиво почти выносят из отделения. Кто-то, наверное, видел эти кадры с его недоуменным лицом.

Ну, хорошо. Некоторое время спустя он узнает, что после его неожиданного освобождения начался крупный скандал московских больших начальников в отделении: почему отпустили Сатарова и Рыклина!? На следующий день он узнает, что уже в розыске и вся московская милиция заряжена на его обнаружение и задержание. Его находит целая орава гаишников, его доставляют в то же узилище, а по пути он узнает от Вадима Прохорова, что объявление в розыск — признак возбуждения уголовного дела. Параллельно выясняется, что тот протокол, который он хаял в отделении как насквозь фальшивый (что соответствовало природе вещей), исчез.

Ну, ладно. Началось судебное заседание. Бред, которого никто никогда не видел. Даже интеллигентнейший Сергей Шаров-Делоне не выдержал и намекнул, что знаком с ненормативной лексикой. Судья отклонила семь ходатайств защиты, включая всех свидетелей, и быстро ушла. Вернулась она тоже быстро и, глядя в стол, как выражается Навальный, почти беззвучно признала подсудимого виновным с уплатой штрафа в 1000 рублей. Саша на свободе. Представили? Контрастный душ с постоянной сменой кипятка и ледяной воды. Вот что происходило с главным редактором «ЕЖа».



Теперь дополнительные нюансы. Начало заседания было задержано на три с половиной часа. За это время назначенный судья Иванов, славный закрытием «ЕЖа», был заменен судьей Ореховой, еще более знаменитой своей лютостью. В зал заседаний судебные приставы сносили скамейки, чтобы там могли разместиться все несколько десятков человек, пришедших поддержать Сашу. Вы помните пример такой заботы со стороны нашего суда? К концу заседания выяснилось, что в зале работает бригада НТВ, впрочем — без обязательных опознавательных знаков. К концу заседания коридор и лестницу заполнила толпа амбалов из второго полка, которых офицер инструктировал, как выносить людей по узкой лестнице. Я привел еще не все странные обстоятельства.

Мой вывод: в Тверском суде готовились к гигантской омерзительной провокации с неожиданно жестким приговором, возмущенной реакцией в зале и выносом тел под камеры НТВ (и не только их). Именно поэтому так возмущалась мэрия исчезновением двух жертв — меня и Саши, будучи участником провокации с момента, когда они не предложили альтернативный маршрут. Только в последний момент все было переиграно усилиями другой, неведомой мне, силы. Именно поэтому судья с таким неудовольствием зачитывала продиктованный ей приговор, так противоречащий ее заслуженной репутации. Я уверен также, что мой арест и мгновенный арест Саши был фээсбэшным продолжением комбинации, начатой мэрией. Но меня кто-то отмолил. Спасибо. Думаю, именно этим объясняются беспрецедентные усилия по поимке Саши, чтобы хоть часть провокации удалась. И опять неведомый капитан Немо вмешался. В последний момент. И снова спасибо, и от Саши, и от всех тех, кого не начленовредили несчастные амбалы, которые так стеснялись, когда им говорили в лицо, что они сейчас собираются делать с людьми.

Совершенно очевидно: капитан Немо не всесилен. Не удалась эта провокация — удастся следующая. Провокаторы в панике. Они закусили удила и глаза налились кровью. И все мы должны это понимать. И капитан Немо проиграет, пока он анонимен и не понимает, что его схарчат, когда схарчат нас. И что нужно незамедлительно публично объединяться, иначе всем хана, и стране тоже.

А теперь провокаторам. Вы думаете, мы не узнаем, кто это делает? Узнаем. Расколем всех по цепочке, начиная с услужливых энтэвэшников и их куратора, деловито шаставшего по суду. Не мы узнаем, так те, кто придет за нами. Но это будут очень жесткие ребята, и они с вами церемониться не будут. По одной простой причине — в силу естественного отбора, который вы сами сейчас и ведете. На смену мирным Рыклинам приходят суровые Робеспьеры, и это в лучшем случае. Читайте книжки, едрена вошь, изучайте историю. И еще. Вы правда уверены, что так можно запугать людей? Только распалить, обозлить и довести до нехорошего.

И все это очень серьезно.




Фотографии Ольги Пашковой и Натальи Алексеевой















  • Сергей Пархоменко: У них была абсолютно конкретная техническая задача — сократить количество людей 12-го числа. Никакого долгого замысла тут нет...

  • "Новая газета": Как это часто бывает с нашим гражданским обществом, тактическая, пусть и беспрецедентная победа — прекращение уголовного преследования Ивана Голунова — обернулась расколом.

  • Зара Муртазалиева: Вся страна под домашним арестом

     

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Междумаршевые мысли перед акцией Гусева-Винокуровой
14 ИЮНЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
«Новая газета» опубликовала дискуссию Юлии Латыниной и Кирилла Мартынова по поводу марша 12.06.2019. Для Мартынова участие в акции — это ответ на «коренной мировоззренческий вопрос: доказывать, что после освобождения Голунова нужно было сидеть дома, можно только из полицейской перспективы». То есть участие в марше 12 июня было единственной возможностью объяснить власти, обществу и себе самим, что мы рады тому, что Иван Голунов на свободе, но нас не устраивает, что, во-первых, заказчики провокации на свободе, а во-вторых, мы требуем освобождения всех политзеков и пересмотра всех дел, возбужденных по пресловутой 228-й статье, в которых есть малейшее подозрение на провокацию...
Прямая речь
14 ИЮНЯ 2019
Сергей Пархоменко: У них была абсолютно конкретная техническая задача — сократить количество людей 12-го числа. Никакого долгого замысла тут нет...
В СМИ
14 ИЮНЯ 2019
"Новая газета": Как это часто бывает с нашим гражданским обществом, тактическая, пусть и беспрецедентная победа — прекращение уголовного преследования Ивана Голунова — обернулась расколом.
В блогах
14 ИЮНЯ 2019
Зара Муртазалиева: Вся страна под домашним арестом  
Полицейский реванш и его последствия
13 ИЮНЯ 2019 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Отдадим должное российской власти. В нынешнем своем состоянии она предельно откровенна с «продвинутой» частью общества, она не нуждается в одобрении со стороны интеллигенции и совершенно не собирается с нею «заигрывать». На сей раз надежды на либерализацию прожили меньше суток. Начались они заявлением министра внутренних дел Владимира Колокольцева, который — невиданное в современной России дело — не только сообщил, что все обвинения в отношении журналиста Ивана Голунова снимаются за недоказанностью, но и о том, что инициировано снятие с должности двух полицейских генералов, чьи подчиненные устроили провокацию с подбрасыванием репортеру наркотиков.
Прямая речь
13 ИЮНЯ 2019
Леонид Гозман: Они обиделись, потому что были вынуждены отступить. Отступать — действие неприятное, и за ним последовала реакция.
В СМИ
13 ИЮНЯ 2019
"Ведомости": Признание силовиками своих ошибок не помешало им разогнать марш в поддержку журналиста.
В блогах
13 ИЮНЯ 2019
Лкы Пубинштейн: Говорят, что диалог с властью невозможен. Отчего же - вчера... состоялся вполне адекватный диалог с властью. ...Мы высказывались в аргументации и стилистике, свойственных нам, а власть как свойственно ей.
Прямая речь
12 ИЮНЯ 2019
Александр Рыклин: Тут важно понимать, что, когда начались переговоры, медузовцам крайне сложно было понять, что весь этот шантаж - чистая ментовская разводка...
Как Тимченко, Колпаков, Муратов и Осетинская слили протест
12 ИЮНЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
«Про марш. Наша позиция: мы отбили нашего парня, всем огромное спасибо. Это общая победа, результат невероятной кооперации людей. Но активизмом мы не занимаемся и не хотим быть героями сопротивления, простите. Поэтому на завтрашнюю акцию не призываем. Если люди пойдут – будем освещать плотно, как положено», – сообщил Иван Колпаков, главный редактор «Медузы». «Наше предложение: завтра немного выпить, а в ближайшие дни добиться согласования акции в центре Москвы», – это уже цитата из совместного заявления того же Ивана Колпакова, Галины Тимченко, Елизаветы Осетинской, Дмитрия Муратова и адвоката Сергея Бадамшина.