Итоги года
20 мая 2019 г.
Итоги года. Разруха и в сортирах, и в головах

ТАСС

Помню, что мне трудно было подводить итоги 2013 года — было ощущение, что за тот год практически ничего не случилось, ну, разве что под самый конец Ходорковский вышел на свободу. А весь остальной год копилась какая-то тоскливая мгла, и даже выборы в Москве, Екатеринбурге, Петрозаводске и Ярославле как-то очень быстро в ней погасли, перестали чувствоваться, закапсулировались. 2014-й был совсем другой. Он был настолько бурным, что даже сочинская Олимпиада практически утонула в последующих событиях, которых было столько, что возникает прямо противоположная трудность — суметь обобщить хотя бы основное в одной колонке.

Для того чтобы попытаться это сделать, я рискну поместить события 2014-го в широкий исторический контекст, тем более что я согласен с концепцией, согласно которой мы продолжаем жить в мире, основные процессы развития которого детерминированы последствиями Первой мировой войны, начавшейся ровно веком раньше.

Одним из этих последствий было разрушение четырех империй, две из которых — австрийская и турецкая — более не пытались возродиться. Германская попыталась, и в основном та же самая коалиция, которая в 1918-м ее остановила, заставила немцев забыть о мировом и даже региональном господстве, достигаемым военным путем, навсегда. Российский имперский проект быстро трансформировался и возродился в виде СССР, но в 1991-м потерпел тяжелое поражение. Многим казалось, что это крах, но выяснилось, что есть люди, есть структуры и есть силы, рискнувшие попытаться взять реванш.

Параллели с гитлеровской Германией и ее попыткой реванша уже стали общим местом. Впрочем, они настолько очевидны, что видный теоретик путинской вертикали не стал отрицать, что Путин напоминает Гитлера, а принялся доказывать, что поначалу Гитлер был вполне себе хорош. В таком случае выходит, что даже часть вполне себе интеллектуально состоявшихся апологетов агрессивной политики путинского режима признает, что мы имеем дело с попыткой имперского реванща, исторически аналогичного гитлеровскому. Причем это последний возможный вариант возможного реванша, потому что за минувшие сто лет все империи, участвовавшие в Первой мировой, а также и во Второй, фактически перестали существовать, даже те, которые дважды были в составе победоносных коалиций. Последней была лишена имперских иллюзий Сербия, оставшаяся через сто лет практически в тех же границах, которые у нее и были на момент выстрелов в Сараево.

Таким образом, мы имеем дело с попыткой возрождения не просто российского имперского проекта, но имперской идеи и имперской политики как явления. Есть ли у Путина и, к сожалению, возглавляемой им России шансы на успех? Удастся ли фактически повернуть историю вспять, по большому счету, сделать то, что еще никому не удавалось? Казалось бы, ресурсы для противостояния совокупному Западу настолько недостаточны, что по этому параметру сравнения с Гитлером и Германией 30-х — роскошный комплимент. И есть лишь два фактора, которые позволяют новому «великому диктатору» шантажировать вчерашних партнеров по «восьмерке» и «двадцатке» — это пренебрежительное отношение к жизни, которое свойственно и ему, и его подданным, и надежда на гарантированную ядерную ничью. В сущности, из Верхней Вольты с ракетами страна трансформировалась в Северную Корею с углеводородами. Но как оружие углеводороды сработать не смогли.

Судя по всему, воевать с Россией Запад не собирается, а первым развязать мировую войну, особенно ядерную, решиться очень трудно. Думаю, что ошибка была именно в этом: правильно предполагая, что Запад не применит военную силу, в то же время не ожидали, что тот может пойти на потерю части прибылей, вводя значимые и длительные экономиеские санкции. В совокупности с санкциями на импорт продовольствия, наложенными на Россию ее собственным президентом, получается даже хуже, чем было в саддамовском Ираке — не просто нефть в обмен на продовольствие, но нефть и газ в обмен на дорогое и не лучшего качества продовольствие. Да еще и ситуация с курсом национальной валюты, обернувшаяся для многих россиян новым занавесом — теперь не железным, а, в соответствии с ироничным названием рубля, деревянным.

Ясно, что все эти обстоятельства по логике должны радикализовать и сплотить оппозицию. Когда российские революционеры в 1905-м и 1914-м желали поражения собственному правительству, они делали это, в общем-то, из своекорыстных целей, стремясь прийти к власти. Тогда Россия была не лучше, но и не хуже своих военных противников, и победа Японии или Срединных империй была выгодна им самим да российским левым экстремистам. Сейчас ситуация качественно иная, путинская Россия является явным агрессором, при этом она напала на мирную страну, вся вина которой — нежелание жить под властью путинских же подельников и подручных. Но противостояние агрессии с твердых антиимперских позиций выбрала, судя по всему, сравнительно небольшая часть российской оппозиции. Более того, существенная ее часть, вслед за очень заметными лидерами и вместе с ними, фактически в той или иной форме поддержала путинский аннексионизм. И это, мне кажется, в огромной мере лишает Россию шансов на то, чтобы вновь попытаться войти в русло цивилизации в сколько-нибудь обозримой перспективе.

Фактически можно утверждать, что в России просто не нашлось именно политической оппозиции как сколько-нибудь заметного и массового явления. Та платформа, на которой смогли как-то совместить свои взгляды противники путинской политики, является не политической, а пацифистской и правозащитной. Сами по себе эти позиции в высшей степени благородны, вот только для формирования программы и инструментов политического действия их, как правило, совершенно недостаточно.

Что говорить, жаль, конечно, что многие из вчерашних, точнее, прошлогодних противников режима в ситуации жесткого размежевания присоединились к большинству (в политическом, разумеется, смысле), но это явление, пожалуй, уже привычное. Число недовольных может вырасти достаточно быстро, а недовольные превратятся в несогласных еще быстрее. Вот только совсем плохо, если объективный наблюдатель вынужден будет констатировать, как некогда Евтушенко, «понимаю я, чего не надо им, а чего им надо, не пойму». И если жесткая, радикальная и непримиримо-бескомпромиссная программа хотя бы первых шагов окончательно уже необходимой трансформации страны не будет сформулирована в самое короткое время, то неминуемый крах ожидает не только российский имперский проект, но и самое Россию. Ведь та развилка, на которой стоит Россия сейчас, с большой долей вероятности является последней. И один из ближайших годов будет велик и страшен.












  • Аркадий Дубнов: ... как сообщил президент, страна получила прекрасный подарок к Новому году, замечательную ракету «Авангард», подобной которой ещё долго ни у кого не будет

  • Meduza: Год 2018-й в фотографиях: акции оппозиции, чемпионат мира, автомобиль в космосе и гениальный Бэнкси

  • Виктор Шендерович: Надежд на 2019 год в общественном смысле очень немного...
РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Итоги года. Симфония гудков
18 ЯНВАРЯ 2019 // ДМИТРИЙ ПЕТРОВ
О русских форумах в ЕвропеЭтой осенью Будва, Прага и Вильнюс приняли сотни «глобальных русских», живущих в России и вне, – художников, политиков и экспертов. При всей несхожести этих встреч, их роднили цели: свобода, творчество и благо страны.Осень была неспокойной. Сбитый ИЛ-20. Атаки на Израиль. Поставки Сирии систем С-300. Маневры «Восток-2018». Захват украинских судов. Арест Льва Пономарева. Ту-160 в Венесуэле… Таков фон пяти русских форумов, прошедших в минувшие три месяца за рубежом. Это не удивляет. Неприязнь властей к инакомыслию уже почти два века мешает россиянам обсуждать острые проблемы дома. Да и организаторы – Марат Гельман, Гарри Каспаров, Антон Литвин, Жанна Немцова и Михаил Ходорковский – живут вне России.
Итоги года. Транзит 18–19
13 ЯНВАРЯ 2019 // СЕРГЕЙ ШАРОВ-ДЕЛОНЕ
Об уходящем полагается говорить либо хорошо, либо ничего. А потому нам бы ничего не говорить. Но это нам — в мире много чего напроисходило такого, что его поменяет, видимо, очень круто, просто еще непонятно как. Не само по себе происходило — человеческими усилиями и человеческими же мозгами. Совершенно невероятные прорывы (куда еще они приведут, вопрос, конечно) в генетике и генной инженерии, в астрономии и астрофизике, в археологии, давно переросшей саму себя и ставшей мультинаучной дисциплиной, в технике и технологиях, в экономике и даже в политике. Вот уж где устоявшийся левый порядок казался незыблемым, а праволиберальный дискурс навсегда отошедшим в мир преданий, но...
Итоги года: заметки издалека
8 ЯНВАРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР ОСОВЦОВ
Я понимаю, что читатели ЕЖа ждут подведения итогов, прежде всего, российского года. Но, должен признаться, что 2018 был первым годом в моей уже не такой короткой жизни, когда я в России не был вообще, поэтому могу говорить об итогах года применительно к ней, исходя из медийного контекста, за которым, признаюсь, следил ежедневно, общения с друзьями и близкими и собственных соображений, возникавших в процессе этих занятий. Вероятно, кому-то покажется поверхностным и чрезмерно отстраненным то общее ощущение, которое я могу выразить любимым русским словом железного канцлера Бисмарка — "ничего". То есть понятно, что в России каждый день что-то происходило, новостные ленты исправно функционировали, иногда случались события, вызывавшие бурю эмоций, но, по моему мнению, ни одно из них по своему содержанию не было качественно новым.
Книга итогов
8 ЯНВАРЯ 2019 // СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ
Мы столько уже написали «итогов» за эти восемнадцать лет, что впору издать «Книгу итогов». И я вам скажу, что это будет интереснейшая книга. Настоящая «Книга жизни». Или, возможно, «Книга мертвых», как в ужастике, если смотреть на нее глазами пессимиста. Со своей стороны, однако, я бы предложил в нее включить сепарированно две группы итогов. Одна группа – итоги победительные, а вторая – итоги апокалипсические. И чтобы первые шли от первой страницы к концу, а вторые – от конца к первой, и где-то к середине чтоб встречались, как в книжке у Акунина.
Итоги года. Как остаться?
7 ЯНВАРЯ 2019 // НИКОЛАЙ СВАНИДЗЕ
Год 2018 год, если обозревать его с гордой высоты кремлевских башен, стартовал удачно, с убедительной и легкой победы Владимира Путина на очередных выборах. Но финишировал тоскливо и вполне безнадежно. Рейтинги идут вниз, не быстро, но планомерно. По сути, речь идет только об одном, главном, рейтинге. Об остальных, как личных, так и институциональных, давно говорить не приходится. В этом тренде на понижение сработал ряд факторов. От пенсионной реформы, которая разозлила людей не только своим грабительским, но и оскорбительным характером (не посоветовались, не уважили, т.е. наплевали), до разочарования во внешней политике.
Итоги года. РПЦ без УПЦ, но с трофейным оружием
7 ЯНВАРЯ 2019 // СВЕТЛАНА СОЛОДОВНИК
В церковной жизни за последний год произошли глобальные перемены, но все они связаны в основном с межцерковными отношениями, а если брать ситуацию внутри Русской церкви, то тенденция не изменилась: церковь продолжает интегрироваться в государство и уже слилась с ним почти до неразличимости, тогда как тело собственно церкви неуклонно усыхает. Не так давно многие были шокированы присутствием патриарха Кирилла на коллегии Министерства обороны, но это что — ритуально посидел и ушел, — в каждодневной жизни происходят процессы куда менее заметные, но по своим последствиям для общества куда более важные.
Итоги года. Медиафрения. Великая российская стена и Великий украинский ров с крокодилами
6 ЯНВАРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Главный процесс 2018 года — это продолжающийся распад Российской империи. Принято считать вехами такого распада 1917-й и 1991-й, то есть утрату территорий и соответствующее изменение внешних границ. Но распад — это не только вехи, но и процесс, а империя (тут еще и специфика Российской империи) — не только захват чужих территорий, но и обращение власти с собственным населением, то, что Ключевский называл внутренней колонизацией. И в этом смысле отмена крестьянского рабства в 1861 году и отмена колхозного рабства в 1974-м — такие же вехи распада империи. В медийной сфере процесс распада империи проявился в создании новых и укреплении старых перегородок...
Итоги года. Наступающий Год Холодильника
5 ЯНВАРЯ 2019 // СЕРГЕЙ БОГДАНОВ
Коллега на работе замечательно сказал: «Не хочется заниматься ревизией уходящего года. Удивительно хорошее, предпраздничное настроение сейчас». Прекрасно понял человека, учитывая, что тому на днях довелось посмотреть всю пресс-конференцию Владимира Владимировича. Которая, выпав на последнюю треть месяца, для многих наших сограждан итоги года и подвела. Совсем немного уже осталось до самого главного праздника страны; там шампанское и запах мандаринов. Сначала искрящиеся эстрадные артисты, кинокомедии — после обращения президента. Тут, конечно, проявится главная закавыка обывательской жизни простого россиянина.
Итоги года. Контактный зоопарк
4 ЯНВАРЯ 2019 // АНТОН ОРЕХЪ
Каждый год мы подводим итоги. И каждый год пишем примерно одни и те же слова. Со свободой как таковой стало еще хуже. Со свободой прессы, в частности, стало еще хуже – причем, настолько, что пресса вымирает как класс, превратившись или в официантку с откляченной задницей, готовую услужить, или в девушку «с пониженной социальной ответственностью», готовую обслужить. С правами человека стало еще хуже, с демократическими институтами и правосудием стало еще хуже. Изоляция крепчает вместе с маразмом. А люди в обычном бытовом смысле живут трудно, как никогда в этом веке.
Украина: итоги 2018, предсказуемые и непредсказуемые
3 ЯНВАРЯ 2019 // ИННА БУЛКИНА
Здесь предсказуемо нужно было бы писать о безусловных внешнеполитических достижениях — о томосе и безвизе. И о столь же безусловных внутриполитических проблемах — о войне, которой не становится меньше. Ее становится только больше, как и украинских заключенных в российских лагерях и тюрьмах. О судах и коррупции, о предвыборных шоу, главный смысл которых в том, что новой реальной оппозиции и нового постмайданного поколения политиков у нас так и не появилось и в старые игры играют все те же старые клоуны: «Я гарантирую снижение цены на газ в 2 раза!», «А я угадаю эту мелодию… нет, простите, а я гарантирую снижение цены на газ в 4 раза!», «Папа просил передать вам всем, что театр закрывается».